Я ПЕРЕПИСАЛ НАЧАЛО КНИГИ

Когда я только задумал «Русский процент», у меня в голове было ровно 10 глав. Чётко. Красиво. По полочкам.
А потом случилось то, что случается всегда, когда начинаешь разбираться по-настоящему - полезли вопросы.
Чем глубже я закапывался в тему безопасного изъятия, тем больше их вылезало. Один вопрос тянул за собой другой. Другой - третий. И вот вместо 10 глав у меня уже 23.

Дальше - больше.

В моем телеграм чате начались обсуждения. Подписчики стали задавать вопросы, о которых я сам поначалу не думал. Или думал, но отмахивался: «а, это мелочи». Спорили. Сомневались. Тыкали пальцем в слабые места. 

Знаете, это безумно ценно - когда тебя читают не как истину в последней инстанции, а как собеседника, с которым можно поспорить.

В итоге пришлось:

- перекроить оглавление так, чтобы красная нить не терялась между «общим» и «частным»

- переписать Введение и 1 главу, потому что старый заход уже не вписывался в новый объём

- добавить главы, которые родились прямо из ваших вопросов

Теперь книга не просто «про цифры». Она про то, что действительно волнует людей, которые копят на пенсию сами.

Обновлённое Ведение и 1 Глава ниже по ссылкам. Прошу понять и простить, пианист играет как умеет)

Глава №2 про то, как копят в других странах, перекочевала в главу №6. Там буду подробно разбирать опыт других стран и сравнивать с Россией.

Новая обновленная глава №2 готова, она ниже в этом посте.

Спасибо за обратную связь!

Почему я это пишу

В начале 2025 года, в 46 лет, я вышел на пенсию, стал жить с пассивного дохода. Звучит красиво, в соцсетях собирает лайки.
Но сразу после выхода меня накрыло. Я лежал ночью и думал об одном: «А сколько можно тратить, чтобы хватило до конца жизни?»
Казалось бы, ответ простой: у меня акции, я трачу дивиденды, тело не трогаю. Идиллия.
Пока я не начал считать.

Если вдруг пропустили — вот на ссылки на начало. Лучше начать оттуда, чтобы дальше всё было понятно.

Введение
Глава 1

Глава 2. История: правило 4% и исследование Тринити

Человек, который изменил пенсионную математику

В 1994 году финансовый консультант из Калифорнии Уильям Бенген опубликовал в “Journal of Financial Planning” статью на восемь страниц. Называлась она скромно: «Определение ставок изъятия с использованием исторических данных».

Никакой сенсации не ожидалось. Статья была написана для профессиональных финансистов, не для широкой публики. Но именно она перевернула то, как миллионы людей думают о пенсии.

Бенген задал себе простой вопрос: если взять все исторические периоды американского рынка начиная с 1926 года и проверить, при какой ставке изъятия портфель гарантированно выживал 30 лет — какой будет эта ставка?

Он взял портфель из 60% акций и 40% облигаций с начальной стоимостью 100 000 долларов. Каждый год «пенсионер» изымал фиксированный процент от начальной суммы и индексировал его на инфляцию. Бенген прогнал этот сценарий через все возможные 30-летние периоды с 1926 по 1976 год — то есть проверил, как себя чувствовал бы портфель у человека, вышедшего на пенсию в 1926-м, в 1927-м, в 1928-м и так далее.

Результат: при ставке изъятия 4% портфель выживал во всех без исключения исторических сценариях.

Так родилось «правило 4%».

Важный методологический нюанс, который часто упускают: Бенген тестировал не просто разные годы выхода на пенсию, а четыре точки внутри каждого года — начало каждого квартала. То есть в каждом году у него было четыре «пенсионера» — вышедшие на пенсию в январе, апреле, июле и октябре. Это делает исследование значительно более репрезентативным, чем если бы он проверял только один момент в год.

В своём исследовании я пошёл похожим путём, но адаптировал его к российской специфике. Я тестировал три точки выхода: 1 января, 1 апреля (перед дивидендным сезоном российского рынка) и 1 октября (после дивидендного сезона). Результаты оказались неожиданными: наибольший остаток портфеля через 30 лет показывали пенсионеры, вышедшие на пенсию в начале января. Подробнее с цифрами и скриншотами мы разберём этот эффект в главе 15. Принципиально не тестировал точку выхода 1 июля, потому что сезон дивидендов в это время. И изымать из портфеля в это время на мой взгляд нерационально. 

В 2025 году, уже будучи на пенсии сам, Бенген выпустил книгу с уточнёнными расчётами. С учётом более широкого класса активов и обновлённых данных цифра скорректировалась до 4.68%. Но суть осталась той же.

—

Портфель 1968 года: самый несчастливый пенсионер в истории

Прежде чем идти дальше, нужно разобраться с одним важным нюансом, который большинство людей упускают.

Когда Бенген говорил о «безопасной» ставке, он имел в виду очень конкретную вещь: это минимальная ставка из всех возможных исторических сценариев. Та, при которой даже в самом худшем случае деньги не заканчивались раньше срока.

А что это за самый худший случай?

Это портфель человека, вышедшего на пенсию 1 октября 1968 года, по расчетам Бенгена.

Представьте его судьбу. Он выходит на пенсию в разгар относительно неплохих времён. Но впереди — один из худших периодов для американского рынка в истории: стагфляция 1970-х, нефтяной кризис, двузначная инфляция, слабый рынок акций на протяжении почти десяти лет. Именно в первые годы после выхода на пенсию — когда портфель наиболее уязвим — рынок бьёт по нему особенно жестоко. Мы разберем этот эффект подробно в следующих главах.

Этот пенсионер, изымая 4% ежегодно с поправкой на инфляцию, к концу 30-летнего горизонта приходил практически к нулю. Деньги заканчивались почти точно в срок.

Именно на него и была откалибрована цифра 4%. Вернее, 4.68% в уточнённой версии — это тот максимум, при котором даже пенсионер 1968 года ещё успевал «дожить» до конца горизонта с остатком, близким к нулю.

Один человек. Один портфель. Самый неудачный момент выхода на пенсию за всю историю американского рынка с 1926 года.

И под него было подогнано правило, которым руководствуются миллионы.

Кстати, любопытная деталь о том, как рождаются «золотые правила». Строго говоря, Бенген получил в своих расчётах цифру 4.15%. Но он решил, что пять сотых на конце — это несерьёзно, и убрал их. Осталось 4.1%. Потом, уже перед публикацией статьи, убрал и оставшиеся 0.1% — чтобы звучало чище. Так появилось «правило 4%».

Миллионы людей по всему миру строят пенсионные планы на цифре, которая получилась в том числе потому, что автору не понравился хвост после запятой.

—

Цифра, которую никто не называет: 7.1%

А теперь — самое важное. То, о чём почти никогда не говорят, когда упоминают правило 4%.

Бенген считал не только минимальную ставку. Он считал все ставки — для каждого из исторических сценариев. И вот что получилось.

Средняя ставка изъятия по всем историческим периодам составила 7.1%.

Вдумайтесь в эту цифру. Среднестатистический американский пенсионер, вышедший на пенсию в любой произвольный год между 1926 и 1976-м, мог изымать не 4%, а 7.1% ежегодно — и деньги всё равно бы дожили вместе с ним до конца 30-летнего горизонта.

Более того. Средний баланс портфеля через 30 лет у всех этих пенсионеров составил более 530 000 долларов — при том, что начинали они со 100 000. То есть в реальности портфель не просто выжил, а вырос более чем в пять раз. Многие пенсионеры к концу 30-летнего срока накопили более миллиона долларов. И это при том, что их целью был нулевой баланс!

Бенген сам пишет об этом в своей книге с нескрываемым удивлением. Люди, которые строго следовали «правилу 4%», в большинстве случаев оказывались слишком осторожны. Они могли жить значительно лучше — тратить больше, позволять себе больше, наслаждаться пенсией в полную силу. Вместо этого они экономили, ограничивали себя и в итоге оставляли наследникам состояния, которые сами так и не использовали.

Они обманули себя. Выбрали самый безопасный вариант из всех возможных — и заплатили за эту безопасность снижением качества жизни на протяжении десятилетий.

—

Средняя температура по больнице — и почему она бесполезна

Но здесь нужно сделать важную оговорку, которую Бенген делает сам.

7.1% — это средняя. А средняя, как говорят статистики, это «средняя температура по больнице». Пациент может быть живым или мёртвым, главное — что в среднем всё нормально.

Бенген в своей книге прямо указывает на ограниченность такого взгляда. Он описывает диаграмму, которая показывает зависимость «процента успешных портфелей» от ставки изъятия. При SAFEMAX 4.7% — 100% успеха, по определению. Дальше кривая идёт вниз. Вот что он пишет:

Переведём на человеческий язык: если вы изымаете 7.1% — средний исторический показатель — то примерно половина пенсионеров с такой ставкой разорялась до конца 30-летнего горизонта. Половина — нет. Монета.

Это не то, на что хочется ориентироваться, планируя пенсию на 40–50 лет.

Бенген идёт дальше и честно признаёт фундаментальную проблему своего графика:

Это очень честные слова для человека, чьё исследование стало основой для пенсионного планирования миллионов людей. Он сам говорит: мой инструмент неполон. Он показывает вероятности, но не помогает выбрать.

И вот здесь появляется пространство для следующего шага — которого Бенген в своё время не сделал, но который мы попытались сделать в нашем исследовании.

Вместо одной универсальной ставки — мы сделаем три сценария с чётко сформулированными целями.
1. Хочешь максимального комфорта сейчас (т.е. проесть капитал в ноль за 30 лет) — одна цифра.
2. Хочешь сохранить капитал в реальном выражении отбивая инфляцию — другая.
3. Хочешь приумножить (т.е. оставить наследство детям, внукам) — третья.
Каждый выбирает осознанно, понимая что именно он получает и от чего отказывается.

Но до наших результатов ещё далеко. Сначала нам нужно разобраться с тем, почему российский рынок требует совершенно другого подхода — и почему стратегия, которую многие считают самой надёжной, на длинном горизонте оказывается самой опасной.

—

Что Бенген имел в виду — и чего он не имел в виду

Здесь важно остановиться и чётко расставить акценты, потому что в этом месте чаще всего происходит ключевое недопонимание.

Бенген никогда не говорил: «Изымайте ровно 4% — это правильная ставка».

Он говорил: «Если вы хотите быть уверены, что деньги не закончатся раньше срока даже в самом худшем историческом сценарии — не изымайте больше 4%». Иначе говоря: 4% — это максимум, который мог себе позволить один-единственный пенсионер, вышедший на пенсию 1 октября 1968 года, чтобы не разориться. Для всех остальных эта граница была значительно выше.

Это граница безопасности, а не оптимальный режим. Это страховка от наихудшего случая, а не рецепт для среднего случая.

Разница принципиальная. Страховка стоит денег. В данном случае — качества жизни на пенсии.

Если вы вышли на пенсию в удачный момент (а большинство людей, судя по истории, именно так и делали), то 4% — это избыточная осторожность. Если вам не повезло и вы оказались похожи на пенсионера 1968 года — 4% спасёт вас от банкротства.

Это не значит, что правило плохое. Это значит, что его нужно понимать правильно.

—

Как FIRE-движение прочитало Бенгена — и почему это важно для нас

В конце 1990-х — начале 2000-х в США начало формироваться движение FIRE: Financial Independence, Retire Early (финансовая независимость и ранний выход на пенсию). Его последователи мечтали выйти на пенсию не в 65, а в 35–45 лет, накопив достаточно, чтобы жить с инвестиций.

Правило 4% стало для них священной формулой. Просто и красиво: накопи 25 годовых расходов (потому что 100% ÷ 4% = 25) — и ты свободен. Работать больше не нужно.

В Россию это движение пришло примерно в 2010–2015 годах. Финансовые блогеры, YouTube-каналы, Telegram — везде звучало одно и то же: «Правило 4%. Накопи 25 расходов. Выходи на пенсию».

Но при этом произошло двойное искажение, о котором почти никто не говорит.

Первое искажение: неверная трактовка. Правило 4% стали воспринимать как оптимум, а не как минимум безопасности. Как будто Бенген сказал: «Изымайте 4% — это правильно». А он говорил прямо противоположное: «Не изымайте больше 4%, если хотите страховку от худшего случая».

Второе искажение: чужой рынок. Расчёты Бенгена основаны на американском рынке с почти вековой историей, стабильной валютой и предсказуемой инфляцией. Применять их к России — это как залить дизельное топливо в бензиновый двигатель. На первый взгляд — похоже, для автомобилей и на одной заправке продают. Но автомобиль не поедет. Сломается.

Доходности американских акций, облигаций и российских — разные числа в разных валютах с разной инфляцией и разной историей. Индекс S&P 500 рос почти непрерывно 100 лет. Российский рынок существует чуть более 25 лет, из которых несколько раз терял половину стоимости за считанные месяцы. Это не один и тот же рынок с небольшими отличиями — это принципиально разные системы. Расчёт SWR на американских данных и применение его к российскому портфелю — фундаментальная методологическая ошибка.

Получается парадоксальная ситуация. Российские файерщики последние 15 лет копили деньги, ориентируясь на цифру, которая:

а) была изначально рассчитана для другой страны;

б) даже в оригинале означала не то, что они думали.

Хорошая новость в том, что оба искажения можно исправить. Именно этим мы и занимаемся в этой книге.

Для российского инвестора нужна своя цифра, рассчитанная на российских данных. И эта цифра — как вы увидите в части V — выше, чем 4%. Что означает: накопить нужно меньше, чем думают большинство российских файерщиков. Жизнь немного лучше, чем казалось.

—

Исследование Тринити: независимое подтверждение

Через четыре года после Бенгена, в 1998 году, три профессора Тринити-университета в Техасе — Кули, Хаббард и Уолц — провели независимое исследование на тех же данных.

Их метод был чуть другим: они смотрели не на то, при какой ставке портфель выживает гарантированно, а на то, какой процент исторических 30-летних периодов заканчивался с деньгами на счёте при разных ставках изъятия.

Результаты подтвердили Бенгена и добавили важный контекст.

При ставке 4% из облигационно-акционного портфеля (50/50) деньги доживали до конца 30 лет в 100% исторических сценариев. При ставке 5% — в 80% сценариев. При ставке 6% — примерно в 67%. 

Что это означает практически? Что «безопасность» — это не бинарная вещь. Это не «либо безопасно, либо нет». Это вероятность. И каждый выбирает свою точку на шкале между максимальной безопасностью и максимальным комфортом.

Именно эта логика лежит в основе нашего подхода в части V, где мы предлагаем три сценария с разными целями — и разными ставками изъятия под каждую из них.

—

Главное, что я понял

Я читал книгу Бенгена уже после того, как начал собственное исследование. И откровенно говоря — испытал смешанные чувства.

С одной стороны, облегчение: оказывается, правило 4% — это не приговор и не священная цифра, а всего лишь граница безопасности для наихудшего случая. С другой стороны — лёгкое раздражение. Сколько людей в России копят деньги, ограничивая себя сейчас, ради будущей пенсии, которая окажется ненужно скромной?

Движение FIRE в России выросло на неправильно понятой иностранной формуле. Это не трагедия — это просто исходная точка для более точного расчёта.

В следующих главах мы разберём, почему дивидендная стратегия, которую многие считают альтернативой классическому SWR, несёт в себе свою собственную ловушку. А потом перейдём к расчётам — и выведем цифру, которая работает для российского инвестора.

—

Главное из этой главы:

– Правило 4% — это граница безопасности для наихудшего исторического сценария, а не оптимальная ставка

– Самый неудачный пенсионер в истории американского рынка — тот, кто вышел на пенсию 1 октября 1968 года. Именно под него откалибрована цифра 4% (4.68% в 2025)

– Средний портфель через 30 лет вырос с $100k до $530k+. Большинство пенсионеров жили скромнее, чем могли, и оставляли наследникам состояния, которые сами не использовали

– Средняя ставка изъятия по всем историческим периодам — 7.1%. Но это средняя температура по больнице: одни могли тратить 10%, другие еле держались на 5%

– При ставке 7% вероятность успеха — чуть меньше 50 на 50. Выбор ставки — это личное решение о том, сколько риска вы готовы принять

– Российское FIRE-движение 15 лет применяло чужую формулу с двойным искажением: неверная трактовка + чужой рынок. Это как залить дизель в бензиновый двигатель

– Правильный вопрос — не «какая безопасная ставка?», а «безопасная для чего именно?» Три сценария — в части V

Продолжение следует…

Владимир Ледовской

С вас сердечко -  с меня следующая глава

Анонсы следующих глав в моем телеграм-канале и в максе. Подписывайтесь, чтобы не пропустить.

Мои публичные портфели:
Монте-Карло дивы| Монте-Карло Баланс| Монте-Карло Рост| Теребоньк| Портфель из облигаций| Акции США