Анализ акций
Облигации
Библиотека инвестиций
Общее
Конец января 2026 года. Время, которое «Лукойлу» дали на отступление, стремительно тает. И если в августе прошлого года его полугодовой отчет читался как предсмертная записка глобального бизнеса, то теперь мы наблюдаем сам процесс его распродажи – по частям, с огромным дисконтом и под жёстким надзором Вашингтона.
Последний пазл на этой неделе – Мексика. Конгломерат Grupo Carso Карлоса Слима купил у «Лукойла» его долю в офшорных месторождениях Ichalkil и Pokoch. Цена вопроса смешная: $270 млн за компанию Fieldwood Mexico и списание $330 млн её долга перед «Лукойлом». Фактически, актив уходит за полмиллиарда долларов, и это явно не та цена, о которой мечтали в совете директоров пару лет назад. Карлос Слим, чья империя простирается от телекоммуникаций до гостиниц, ловко использует момент, чтобы усилить свои позиции в энергетике. Для «Лукойла» же это просто ещё один шаг к окончательному уходу с международной арены.
Эта сделка – лишь симптом. Она прекрасно иллюстрирует новые правила игры, установленные OFAC (Управлением по контролю за иностранными активами Минфина США) после внесения «Лукойла» в санкционный список SDN в октябре 2025-го.
Главное сегодня: не цена, а факт продажи
Сейчас для «Лукойла» критически важна не выручка, а сам факт избавления от активов до истечения ультиматума. Изначальный дедлайн несколько раз переносили: с 22 ноября на 13 декабря, потом на 17 января, и теперь финальная черта – 28 февраля 2026 года. Исключение сделано только для Болгарии (там дали до 29 апреля), но и там активы уже перешли под внешнее управление. Компания потеряла над ними контроль.
Попытка в конце октября 2025 года быстро продать весь пакет трейдеру Gunvor провалилась после прямого вмешательства американского Минфина. С тех пор «Лукойл» ведёт мучительные переговоры с очередью из потенциальных покупателей: ExxonMobil, Chevron, саудовские и арабские фонды. Но условия диктует не продавец.
По данным Financial Times, Chevron вместе с инвестиционной фирмой Quantum Capital Group ведут переговоры о покупке основного пакета активов (НПЗ в Европе, сети АЗС) примерно за $22 млрд. Звучит солидно, но здесь главный нюанс: даже если сделка состоится, деньги будут заморожены на счетах в США до снятия санкций. Для «Лукойла» это станет виртуальной, недоступной суммой. Прям как у меня замороженные американские акции, они вроде есть, но их нет.
Что это значит для компании сейчас?
Стратегия «минимизации потерь». Продажа мексиканских активов Grupo Carso – это не стратегическая сделка, а вынужденный уход по стрессовой цене. Так будет и с другими активами. Цель – не заработать, а выполнить требования OFAC и избежать полной конфискации.
Деньги превращаются в цифру. Гигантские суммы от будущих продаж, вероятно, надолго останутся замороженными. Это лишает компанию возможности использовать эти средства для реинвестирования или даже для поддержания ликвидности внутри страны.
Будущее – это Россия и Казахстан. После 28 февраля «Лукойл», по сути, превратится в региональную компанию. От былой международной сети, дававшей до 30% выручки, останутся, возможно, только казахстанские проекты (Тенгиз, КТК), где лицензии на работу бессрочно продлены, но продать доли нельзя. Это ловушка, но хоть какая-то стабильность.
Фундамент меняется. Инвестору стоит смириться: «Лукойл» больше не глобальный игрок с диверсифицированными рисками. Это компания, чьи перспективы теперь почти полностью зависят от внутреннего рынка, отношений с государством и ситуации в нескольких дружественных странах. Его стоимость будет оцениваться по-другому.
Итог
То, что мы наблюдаем в конце января 2026-го, – это не обычная реструктуризация. Это управляемый демонтаж международного бизнеса под внешним давлением. Каждая новость о продаже, будь то Мексика или готовящаяся сделка с Chevron, – это не повод для оптимизма, а констатация очередной потери.
«Лукойл» выходит из международной гонки. Он сохранит жизнь, но в радикально усечённом формате. Его история как частной нефтяной компании с глобальными амбициями заканчивается. Впереди – эра меньших масштабов, жёстких ограничений и полной зависимости от политической конъюнктуры. Для рынка это болезненная, но уже принятая данность. Котировки акций, рухнувшие осенью 2025-го, уже отыграли большую часть паники. Рынок просто ждёт, когда последний гвоздь будет забит в крышку этого гроба – к 28 февраля. А там нас ждет новая реальность с Лукойлом уже как с региональным игроком. Время расставит все по своим местам. Но я резких движений с акциями Лукойла в своем портфеле делать не буду.
Подписаться в Телеге | Сайт WTF invest & Co
Мои публичные портфели
Монте-Карло дивы | Монте-Карло Баланс | Монте-Карло Рост | Теребоньк | Портфель из облигаций | Акции США
ВАЖНО: Данная статья — частное мнение автора и не является инвестиционной рекомендацией. Помните, что любые вложения в ценные бумаги связаны с рисками, включая возможность полной или частичной потери средств. Принимайте инвестиционные решения осознанно, на основе всестороннего анализа и, при необходимости, консультации с профессиональным финансовым советником.
